ХLegio 2.0 / Армии древности / Войны Античности / Битва при Иссе

Битва при Иссе

Я.И. Зверев

Увеличить

Д. Алексинский. 1. Македонский военачальник. 2. Македонский тяжеловооруженный пехотинец. 3. Македонский всадник-сариссофор. 4. Сариссофор-фалангит. Описание планшета на стр. 5


В 333 г. до Р.Х. царь Македонии Александр III Великий дал сражение персидскому царю Дарию III Кодоману на речке Пинар неподалеку от г. Исс. Многократно превосходящее численно, но плохо организованное и разнородное персидское воинство потерпело сокрушительное поражение от небольшой, хорошо обученной и объединенной духом патриотизма греко-македонской армии, которая использовала передовую тактику и современное вооружение. Так учат в школе и так привыкли думать люди, далекие от истории Древнего Мира.

Однако в месяц мемактерион, при афинском архонте Никократе никто не был уверен именно в таком исходе столкновения армий Великого Царя и Царя Царей Дария и Царя Македонцев, Тага Фессалийцев и Гегемона Союза Всех Эллинов Александра, сына Филиппа. Два царя имели на удивление сходную биографию. Средний сын царя Македонии Филиппа II Александр III пришел к власти в результате политического убийства.

Великий царь, основатель Македонского государства и покоритель фракийских племен, таг и архонт Фессалии и гегемон Союза Всех Эллинов Филипп II был убит телохранителем на свадьбе своей дочери Клеопатры с братом своей опальной жены Олимпиады, дочери Неоптолема, царем Молоссов и других Эпиротов Александром. Официально было объявлено, что мотив был личным. Павсаний, сын Кераста, был распят, а вслед за ним были убиты старший сын царя Каран, его молодая жена Клеопатра вместе с грудной дочерью Европой, ее отец Аттал, племянник царя Аминта и двое не вовремя бежавших князей из династии Линкестидов. Для царской семьи Аргеадов это было вполне будничным делом.

Дарий III, Царь Царей и Царь Великий, как раз весной 336 г. до Р.Х. взошел на престол — также в результате политического убийства. Влиятельный евнух Багой последовательно отравил сначала великого воителя Артаксеркса III Оха, а затем сменившего его на престоле Арсеса. Возведенный на престол под именем Дария III сатрап Армении Кодоман предпочел не держать рядом с собой инициативного евнуха и сам отравил Багоя.

Когда летом 336 г. македонские войска вторглись в Малую Азию, Дарий не имел особых оснований для беспокойства. За последние полторы сотни лет греки уже не раз нападали на Малую Азию, и всегда срабатывал один и тот же стратегический ход: Царь Царей щедро давал золотые дарики греческим политикам, и вскоре те города, которые были оттеснены от принятия решений, восставали против нестерпимой надменности и гегемонии лидера воюющей коалиции. В тылу у напавшего союза немедленно появлялся опасный противник, и персам оставалось только поддерживать его.

Теперь в Малую Азию вторгся царь Македонии, которая еще поколение назад была для персов просто племенем «яванов широкошляпных», а до того платила им дань. Конечно, Александр III шел не с одними гоплитами, как за 50 лет до него спартанский царь Агесилай Великий — он вел более 5 тыс. всадников. Однако с персидской конницей его армия была несравнима. Царь Македонии был гегемоном Союза Всех Эллинов — однако и раньше греки вторгались в Малую Азию, провозглашая совместную борьбу против варваров. А македонского царя ненавидели и боялись, и в этом объединились все те города, которые до сих пор оспаривали друг у друга гегемонию. Александр III оставил своему наместнику Антипатру не только ненависть принужденных к согласию греков и половину македонской армии, но и пустую казну. Воинственная, но бедная Македония была банкротом: 70 талантов золота в активе и 800 талантов долгов. Болезненно ревнивый к славе царь сжег все мосты при переправе, оставляя себе только надежду на будущее.


Армия Александра


Армия царя Македонии состояла из македонских (собственно царских и прочих) войск, контингентов варварских подданных Македонии, союзных контингентов из Фессалии, союзных контингентов из Средней и Южной Греции и наемных войск. Все они заметно различались по боевым и морально-политическим качествам.


Гетайры


Главной боевой силой рода Аргеадов, которые правили в Элимиотиде, затем Нижней Македонии, а потом и Македонии в целом, была дружина — гетайры («товарищи»). Это были выходцы из аристократических родов, приведенные в подростковом возрасте к царскому двору, или просто люди, которых царь пригласил к своему двору, щедро одарил и включил в свое войско.

Дружинники-гетайры были личными друзьями царя, его свитой, им поручались дела государственного управления. С ними царь советовался, делился добычей, пировал. Гетайры имели свободный доступ к царю и могли высказать ему в лицо свои мысли.

Гетайры были могучей боевой силой. Воины-аристократы воспитывались прирожденными воинами. Для того, чтобы получить право не сидеть за обедом на скамье, а возлежать на ложе, юноша должен был собственноручно убить кабана. Гетайры были хорошими наездниками — они с детства садились верхом на лошадей, на которых еще тысячу лет никто не наденет седла со стременами.

К середине IV в. до Р.Х. в вооружение гетайра входил ятаганный меч-махайра и дротик-ксистон либо длинное копье-дорю, которыми они сражались с себе подобными в конной схватке и которыми били пехоту. Удобный для всадников открытый беотийский шлем без нащечников предоставлял хороший обзор вниз. Тело защищал бронзовый торакс с фестончатой юбкой-птерюгоном или льняной котфиб. Существовал и котфиб, в который вшивались железные пластины — такой носил царь Александр III. На ноги надевались поверх башмаков греческие поножи-кнемиды. Изначально всадники имели и щит-аспис, который потом был заменен на более легкую фракийскую пельту. Пехотный аспис использовали только в пешем бою: без стремян всадник должен был постоянно управлять лошадью с помощью поводьев, и левая рука была занята.


Скульптурный портрет Александра

Мрамор, конец IV в. до н.э. Археологический музей. Пелла, Греция


Гетайры набирались из знати македонских областей и были разделены по этим областям на 15 ил («куч») примерно по 200-300 человек, во главе которых стояли доверенные лица царя и племенная знать. Набираемая в Элимиотиде первая ила численностью в 300 человек была царской и носила название агема («передовые»). Она шла впереди остальных, построенная, как и другие илы, клином с командиром во главе. Царь лично шел в бой во главе своей дружины, и она наносила по врагу главный удар, который и определял исход сражения.

Удар гетайров легко сносил пехоту в рассыпном строю (для нее конная атака была смертельна) и мог опрокинуть конницу. Однако если построенная в фалангу фракийская или иллирийская племенная пехота не рассыпалась после первого удара, ситуация ухудшалась.

Лишенные стремян всадники на небольших широкогрудых фракийских горных лошадках оказывались в гуще численно превосходящей их пехоты, об которую тормозился первый порыв. Лошади начинали метаться, уходя от ударов копий, и без немедленной поддержки со стороны собственных пехотинцев дело для конницы могло закончиться плохо.

Греки в это время даже специально ставили плохую конницу вперемежку с пельтастами: [2] пехота усиливала устойчивость при конной атаке и создавала качественный перевес при ударе по пехоте.

Македонские цари имели для поддержки конницы отборную пехоту — гипаспистов.


Гипасписты


Гипасписты («щитоносцы») были пешей дружиной царя, и воины для нее набирались со всей Македонии — 6 хилиархий («тысяч»). Первая хилиархия была пешей агемой: во главе нее царь шел в бой в пешем строю, из нее назначалась царская охрана. В середине IV в. до Р.Х. это были воины, способные на ровном месте сражаться в фаланге или вместе с конницей, а на пересеченной местности и при штурме городов — в рассыпном строю.

Их снаряжение было аналогично вооружению греческих Ификратовых пельтастов или облегченных гоплитов: махайра, мощное копье-сигюна, открытый шлем (чаще всего — фракийского типа, с защищающим от рубящего удара козырьком, вытянутым верхом и развитыми нащечниками), македонский щит-аспис, льняной панцирь-котфиб (необязательно), шнурованные фракийские башмаки.

В бою гипасписты стояли рядом в гетайрами и бросались вслед за ними в созданный ударом конницы прорыв, нередко смешиваясь со всадниками и поддерживая их в бою против пехоты. В этом случае смятые пехотинцы противника должны были защищаться сверху — от мелькающей над головой махайры гетайра и лошадиных копыт, и одновременно снизу — от копий и махайр гипаспистов.


Пешие гетайры


Существовавшая до Филиппа II пехота собиралась в случае войны из македонских общинников-земледельцев в долинах и пастухов в горах. Во главе собранных по деревням отрядов вставали местные аристократы-таги, а собранное в княжестве войско возглавляли представители знатных родов.

Основная масса пехотинцев была бедна, а война происходила и горах — против фракийцев или иллирийцев. Поэтому их вооружение и тактика не особенно отличались от современных им фракийского вооружения и тактики, а также греческого — до массового распространения в Греции гоплитского доспеха.

Откровенно небогатый македонский ополченец не имел гоплитского панциря и поножей. Его вооружение — меч (ятаганная махайра или прямой ксифос) и 1-2 легких дротика или копье. Защитное вооружение включало боевой пояс, распространенный в IV в. до Р.Х. простой конический шлем-пилос и легкий щит-аспис или пельту.

Отсутствие дорогих доспехов давало возможность привлекать к службе многих общинников, а рассыпной строй, в котором каждый боец сам определял дистанцию до противника, давал возможность парировать вражеские удары легким (диаметр около 60 см) и маневренным щитом-асписом, а популярная в Македонии махайра также была удобна для размашистых рубяще-режущих ударов.

Было и еще одно преимущество в отсутствии панциря и поножей. В V в. до Р.Х. греки были вынуждены отказываться от этих частей снаряжения, так как при дальних походах и продолжительных маршах на каждого гоплита требовался отдельный носильщик для переноски доспехов — хотя бы тяжелого (около метра в диаметре) щита и панциря. Как следствие вырастал огромный обоз. Составленная из бедных общинников македонская пехота не могла позволить себе такое количество прислуги.

Однако эти преимущества имели и обратную сторону. Лишенные доспехов и длинных копий македонские пехотинцы не смогли бы выдержать удара греческой фаланги. Конечно, было несколько государств с особыми «гоплитскими» традициями. Лакедемоняне (спартиаты с периэками) умели в любых обстоятельствах держать строй и очень быстро перестраиваться на поле боя. Афиняне, считавшиеся наряду со спартанцами лучшими гоплитами Греции, пробегали последние сто шагов, и на противника обрушивалась разогнанная, но сохраняющая строй, стена ощетиненных копьями щитов. Фиванцы славились глубокими (до 25 шеренг) построениями, впереди которых ставили на направлении главного удара «Священный лох» — 300 одетых в лучшие доспехи и хорошо обученных аристократов. Однако любая фаланга защищенных доспехами и большими шитами-гоплонами и вооруженных копьями гоплитов смяла бы македонских пехотинцев.

В фаланге гоплит выставлял вперед огромный щит-гоплон и наносил из-за него колющие удары копьем или мечом. В тесноте фаланги, когда невозможно уклониться от удара, защищенный заметно более легким щитом-асписом и не имеющий доспехов македонец был обречен быстро получить проникающие ранения от копья с листовидным наконечником.

Царь Филипп II реформировал македонскую пехоту и назвал ее педзетайрами («пешими гетайрами»), указав этим на значение нового рода войск и фактически приравняв пешее войско к конной дружине. Модернизируя македонскую пехоту, Филипп учитывал новейшие разработки в области тактики (это отразилось на структуре фаланги) и в особенности реформу пельтастов, проведенную афинским стратегом Ификратом среди греческих наемников сатрапа Фарнабаза.

Пешие гетайры были не легкой пехотой, а строились в фалангу («бревно») глубиной в 16 шеренг. Их основным вооружением стала сарисса — пика длиной в 12 локтей (около 5 м) с кинжальным наконечником, который прокалывал популярный в Греции льняной панцирь. Фалангит подвешивал щит на левой руке и шейном ремне, и пользуясь отсутствием загнутой внутрь кромки, брал сариссу наперевес.

Как и раньше, пехота делилась на декады («десятки»), которые были увеличены до 16 человек — вдвое глубже, чем у греков. Здесь Филипп II использовал беотийские традиции глубокого строя. Первым в ряду стоял декадарх, а замыкал его ураг («водитель хвоста»). В декаде разрешалось использовать слугу для переноски каменных ручных жерновов и веревок и приготовления пищи. Все остальное воины несли сами. Декада образовывала ряд фаланги, а 16 декад — синтагму («построенное вместе»). Шесть набранных в одной исторической области синтагм сводились в таксис («строй»), которым командовали выходцы из местной племенной знати. Таксисы из городов Элимиотиды (ими командовал Койн) и Тимфайи (Полисперхонт) именовались астетайрами («городскими гетайрами»). Всего в македонской армии было 12 таксисов.

Шедшие в первой шеренге знатные военачальники надевали гоплитские доспехи и своими телами прикрывали незащищенных воинов в глубине строя. Таксиарх возглавлял крайний правый ряд и лично вел таксис в бой, задавая шаг и направление. Привилегированного старшего таксиса, который возглавлял походную колонну, а в бою вставал на правом фланге и командир которого оказывался командиром всех пеших гетайров, не было — его назначали на каждый день.


Надгробие афинского гоплита, ок. 340 г. до н.э.

Найдено в Элевсине в 1888 г. Национальный археологический музей, Афины


Фаланга Филиппа II была очень уязвима для стрел и дротиков: большинство воинов не носило панцирей и поножей, а аспис не обеспечивал такой защиты, как гоплон. Македонская фаланга была лучше всего приспособлена к фронтальной атаке на открытой местности, где она сметала своим напором и лесом сарисс любого противника — в отличие от гоплитской фаланги или фаланги пельтастов, которые могли применяться и на пересеченной местности и при штурме [3] городов. Но как раз при штурмах городов и горных твердынь фалангиты перевооружались дротиками-ксистонами и превращались в прежнюю македонскую пехоту, умеющую рубиться мечами вне строя.

Александр III взял с собой в Восточный поход половину собственно македонского войска: 8 ил гетайров из 15 и 6 таксисов пеших гетайров из 12. Впоследствии его мало заботило положение Антипатра, и он постоянно требовал себе подкрепления, которые наместник добросовестно формировал и присылал, вычерпывая призывные ресурсы Македонии.


Союзная конница


Важнейшее значение македонцы придавали коннице. У всех, кто интересовался военным делом, на памяти был поход в Малую Азию спартанского войска под командованием Агесилая Великого. Царь Агесилай громил персидские гарнизоны, взял Сарды, полностью контролировал побережье — но не смел отойти от предгорий, так как знаменитая лакедемонская пехота очень боялась выхода на равнины, где мощная персидская конница могла обойти ее с флангов и ударить в тыл. Поэтому война состояла из осад городов и закончилась безрезультатно.

Лучшую конницу царю дали фессалийцы. Если для македонцев Александр III был царем, то для фессалийской знати — тагом («устроителем») Фессалийского союза. Владевшая обширными по греческим меркам землями фессалийская знать именовалась гиппеями («всадниками»), и основной боевой силой фессалийских городов была конница. Гиппеи всегда с большой неприязнью взирали на возведенное в принцип народоправство греческих городов и культивировали вполне феодальные отношения с неполноправными крестьянами-пенестами. В свое время они с легкостью покорились персам, а теперь без особого отвращения признали македонского царя — аристократа и всадника. Теперь фессалийские гиппеи дали 1800 тяжеловооруженных всадников, сведенных по городам в илы различной численности, которые умели строиться ромбом и таранить греческую фалангу. Фессалийская конница занимала почетное место на левом фланге македонской армии.

Была нанята и балканская конница — 900 фракийцев и пеонов с традиционным для них вооружением из махайры и дротиков и защищенных шлемом и пельтой.

Дополнительно были набраны 4 илы македонских и фракийских всадников и 1 ила пеонов — всего 700 всадников-продромов («впереди на дороге»). Вооруженные махайрами и сариссами (их именовали также сариссофорами) продромы применялись для разведки, преследования и охранения на марше, а в бою их ставили слева для прикрытия фаланги. Сарисса позволяла продромам атаковать выстроившуюся пехоту и более хорошо защищенную персидскую конницу — хотя в ближнем бою они были обречены на избиение.

Для греков Александр III был гегемоном («предводителем») Союза Всех Эллинов, возглавлявшим Союзный Совет — с чем царь, который в принципе рассматривал Союз как средство держать в узде греческие города, никогда внутренне не соглашался. Греки поставили царю союзные контингенты — конницу и пехоту.

Греческая конница (600 всадников) состояла из граждан, имевших средства (и тем самым обязанных) содержать лошадь и сражаться верхом. Они имели дорогой гоплитский доспех (обычно без щита) и использовались в Греции мало — в основном для разведки и преследования. Греческая конница строилась фалангой глубиной 8 или 4 коня и образовывала на поле боя квадрат.


Вспомогательная пехота


Греческая пехота состояла из 7 тыс. набранных в разных городах гоплитов и пельтастов и впоследствии пополнялась новыми контингентами. Гоплиты и пельтасты к середине IV в. до Р.Х. постепенно сблизились и отличались только тем, что пельтасты сохранили способность вести бой в рассыпном строе. Их вооружение включало открытый шлем, торакс или котфиб, кнемиды, щит-гоплон, меч (ксифос или махайру) и копье-дорю длиной до 3 м. Пельтасты часто использовали вместо гоплона аспис, а то и вовсе пельту, никогда не носили торакс (а нередко не надевали и льняной котфиб) и кнемиды — зато всегда были обуты в удобные на пересеченной местности шнурованные фракийские башмаки. Они были приспособлены для боя на пересеченной местности, штурма городов и гарнизонной службы — хотя царь относился к грекам с недоверием.

Ставку царь сделал на использование наемной балканской пехоты — около 7 тыс. трибаллов, одрисов, пеонов и иллирийцев. Эти вооруженные дротиками и махайрами и защищенные пельтами воины были первоклассной легкой пехотой, послужившей в свое время образцом для создания греческих пельтастов. Особенно ценились агриане — вооруженные дротиками и кинжалами горцы-пастухи со Стримона, — первоклассные стрелки с Крита и пращники с Родоса.


Шлем «беотийского» типа

Найден в 1854 г. на дне р. Тигр, Турция. Музей Ашмола №1977.256. Оксфорд, Англия


Командование армией крепко держал в своих руках знатный македонец, филос (друг) Филиппа II Парменион. Его брат Асандр командовал всей конницей, сын Филота — гетайрами, сын Никанор - гипаспистами. Койн, сын Полемократа и командир таксиса из Элимиотиды был его зятем, а командир продромов Гегелох — другом.

В 336 г. до Р.Х. в Малой Азии была высажена армия под командованием Пармениона и Аттала — нового тестя царя. После заминки, вызванной смертью Филиппа, истреблением оппозиции и необходимостью усмирения немедленно восставших фракийцев и греков, Александр III присоединился к ней в 334 г. до Р.Х.


Армия Царя Царей


Вооруженные силы Персидской державы были построены иначе, чем у македонцев. Они включали в себя иранскую поместную конницу, контингенты конницы подвластных народов, конницу и пехоту амртака, иранскую в основном стрелковую пехоту спарабара, вспомогательную пехоту такабара, кардаков и наемных гоплитов, малоазийский и финикийский флот.


Иранская поместная конница


Основной силой персидской армии считалась поместная конница. Издавна войскам были выделены «наделы коня» и «наделы колесницы», на доходы с которых они должны были содержать себя, полное вооружение и коня либо боевую колесницу. Колесницы к середине IV в. до Р.Х. окончательно устарели как род войск и использовались только против плохо организованных повстанцев. [4]


Описание планшета Д. Алексинского на 2-й стр. обложки.

1. Македонский военачальник. Шлем бронзовый, украшенный рельефными изображениями Пана и пантер (Олонештский клад; нащечники шлема не сохранились, на рисунке показаны условно; общая высота 255 мм, диаметры основания 240×185), кнемиды бронзовые, позолоченные (высота 430 мм). Аналогичные кнемиды известны по другим синхронным находкам (например, гробница в Вергине). Панцирь — по иконографическим памятникам (мозаика из Дома Фавна в Помпеях, др.). Меч на плечевой перевязи (на рисунке не показан). Македонский плащ (хламида), скрепленный на левом плече.

2. Македонский тяжеловооруженный пехотинец. Шлем бронзовый, датируется первой половиной IV в.; такие шлемы продолжают широко использоваться на протяжении второй половины столетия и позднее (Олонештский клад; нащечники шлема не сохранились, на рисунке показаны условно, по аналогиям. Наносник обломан или срезан в древности, неровности облома тщательно сглажены). Кнемиды бронзовые, идентичные показанным на рис. 1. Панцирь — по иконографическим памятникам (вазовые росписи, полихромные росписи и рельефы), усиление бронзовыми чешуйками — по изображениям и археологическим находкам (фрагменты панциря из гробницы Б в Дервени; Фессалоники, Археологический музей). Щит круглый, диаметром ок. 600 мм, с порпаксом и плечевым ремнем. Меч на плечевой портупее по находкам в Вергине и Берое и по изображениям; рукоять меча костяная.

3. Македонский всадник-сариссофор. Шлем бронзовый (Олонештский клад; высота 300 мм, диаметры у основания тульи 290×200). Воин облачен в македонский плащ (хламиду) и рукавный хитон (по изображениям на сидонском саркофаге Александра, росписи Гробницы Кинча близ Науссы). Вооружение — копье (сарисса) по изображению всадника из гробницы Кинча, вток и наконечник по находкам в «Гробнице Филиппа» в Вергине (Фессалоники, Археологический музей), махайра. Узда — по изображениям (мозаика из Дома Фавна); чепрак из шкуры пантеры — по изображениям (роспись гробницы Кинча, мозаика из Дома Фавна; идентичный чепрак показан на одном более позднем рельефе из Афинского Национального музея). Источники упоминают в армии Александра 4 илы конных сариссофоров (продромов); в битве при Иссе они действовали на правом фланге македонской армии, совместно с конницей гетайров.

4. Сариссофор-фалангит. Шлем бронзовый, с нащечниками, трактованными в виде бороды и усов (Копенгаген; аналогии - Ковачёвица, Додона и др.). Панцирь — бронзовый торакс из коллекции Ceccanti, Флоренция (высота 440 мм, ширина грудной клетки 380 мм, диаметр шейного выреза 146 мм, толщина бронзы ок. 5 мм; птериги и наплечники — по изображениям). Кнемиды идентичны показанным на рис. 1, 2, меч — на рис. 2. Щит — по вотивной модели из «Македонской гробницы» в Катерини (400-350 гг. до н.э.; Фессалоники, Археологический музей). Вток сариссы — по находке из Вергины (Фессалоники, Археологический музей).


Иранские всадники, сидевшие на хороших азиатских конях, были вооружены луками, дротиками, боевыми топорами и акинаками. Защитным вооружением им служили шлемы, пластинчатые доспехи с воротником и рукавами; конский доспех был из лакированной кожи. Еще лучше были снаряжены воины из дружин бактрийской и согдийской знати.


Степная конница


Тяжелый доспех имели также знатные кочевники-саки, однако основную их массу составляли конные стрелки из лука в очень легком защитном вооружении. У этих воинов встречался длинный колющий меч-карта. Впрочем, бактрийская, согдийская и сакская конница появилась на поле боя только после форсирования Александром Евфрата и Тигра и вторжения македонских войск в коренной Иран.


Спарабара


Основная часть иранской пехоты состояла из спарабара («стрелков»). Каждый воин был вооружен луком, тесаком или топором и акинаком. Первая линия воинов (десятники-датфабам) была дополнительно вооружена короткими (до 2 м) копьями, а их оборонительное вооружение обязательно включало большой станковый плетеный щит-спару и стеганый или чешуйчатый панцирь под рубашкой. На поле боя спарабара ставили стену щитов и из-за нее обстреливали противника.

Однако это традиционное персидское войско созывалось только в случае серьезной войны, какой не было уже очень давно. Получившие «надел лука» воины давно уже не были прежней грозной силой: по призыву Царя Царей явились далеко не все, кто числился в списках, и уж подавно не в том снаряжении, какое им полагалось.


Амртака


Постоянная армия Царя Царей называлась амртака («бессмертные»). Это были 10 отрядов по 1000 конных спарабара, составлявших военную опору царского дома и военную свиту Великого Царя.

Амртака были одновременно всадниками и пехотинцами. В вооружение амртака входили лук, копье с отличительным знаком — подтоком в виде серебряной айвы, боевой топор и иранский кинжал-акинак. Оборонительное вооружение включало шлем, панцирь под рубашкой и овальный щит. Это была хорошая конница, способная опрокинуть племенное ополчение.

Большая часть амртака была разбросана по территории державы Ахеменидов, составляя собой важнейший компонент войск сатрапов, но часть их оставалась в непосредственном подчинении Великого Царя. Это были арштибара («копьеносцы») из числа знатных персов. Айва на их копьях была не серебряная, а золотая. Арштибара были постоянной военной свитой Царя Царей - охраной колесницы, если он стоял на ней, и конной свитой — если царь ехал верхом, личной дружиной — если он лично вел в бой конницу.


Такабара


Значительную часть местных персидских гарнизонов составляли наемники из горных племен Малой Азии и Загроса. Это были такабара («носители дротиков»). В гарнизонной службе вооруженные дротиками и мечами или топорами такабара были на своем месте, однако в полевой армии Царя Царей могли играть только вспомогательную роль: они не могли противостоять ни удару конницы, ни атаке пехоты, ни обстрелу из луков.


Греки


Удару греческой фаланги ни спарабара, ни такабара противостоять не могли: стена щитов и поножи принимали на себя их стрелы, а дошедшие до стрелков защищенные гоплиты были практически неуязвимы в ближнем бою. Ударной пехотой могли бы стать контингенты египетских или вавилонских копейщиков, но именно египетское восстание пришлось только что подавлять, а вавилоняне были неблагонадежны.

Поэтому персидские сатрапы и цари при первой возможности начали вербовать наемников-гоплитов из числа балканских греков. В середине IV в. до Р.Х. множество выходцев из Аркадии, Ахайи, Лакедемона и других бедных областей уехало на службу к Великому Царю, который исправно и много по их понятиям платил за службу, и враги которого были достаточно слабы.

На персидской службе постоянно присутствовали греческие военачальники — эмигранты из городов, потерпевших поражение в очередной войне, В Персию бежали разбитые спартанцами афиняне и изгнанные проафинские демократы разных городов, уставшие от строгостей своего отечества спартанцы и изгнанные афинянами и фиванцами проспартанские олигархи. Все они находили понимание персидских сатрапов и царей, которые предпочитали прикармливать алчных политиков, чем воевать с объединенными под единой властью греками. Многие греки селились в пределах Персидской державы и обзаводились хозяйством и семьями, выдвинувшиеся на службе стратеги получали в кормление целые города, как знаменитый афинянин Фемистокл или родосцы Ментор и Мемнон. Большими отрядами наемников на персидской службе в разное время командовали афиняне Конон, Ификрат и Тимофей, а также спартанец Клеарх.

К началу вторжения Александра на службе Царя Царей были десятки тысяч греческих наемников, среди которых особенно много было спартанцев, дорийцев с Пелононнеса, [5] афинян и фиванцев.

Греческие наемники строились по спартанским уставам. Три ряда по 12 воинов образовывали эномотию, 2 эномотии — пентекостию, а 2 пентекостии сводились в лох — отряд из 144 воинов, построенных квадратом 12 рядов по 12 шеренг. Несколько стоящих рядом лохов образовывали (на сей раз не по спартанскому, а по общегреческому образцу) таксис.

Основная масса греческих наемников не имела полного гоплитского вооружения, и их доспех ограничивался шлемом, боевым поясом и шитом. Основная масса пельтастов была вооружена согласно реформе, проведенной Ификратом: шлем, плетеный круглый щит-пельта с боковым вырезом, пояс, меч-махайра или ксифос, удлиненное копье длиной до 5-6 м. Именно по их образцу Филипп II создавал своих «пеших гетайров». Эта часть греческих наемников не уступала македонской фаланге ничем, кроме несколько меньшей глубины строя.


Изображение персидских гвардейцев с южного фасада дворца Дария

Персеполь, Иран


Находившиеся на персидской службе гоплиты были вооружены по общегреческому образцу: шлем, панцирь-торакс или котфиб, птерюгон, кнемиды, главное оборонительное оружие — щит-гоплон, меч-ксифос и главное наступательное оружие — копье-дорю. При столкновении с македонской фалангой для них было важно выдержать первый удар и прорваться через частокол сарисс для традиционной гоплитской схватки щит в щит. В этом случае они получали решающее преимущество. Гоплит мог взять копье обратным хватом и колоть фалангитов задних шеренг в защищенные только небольшим щитом-асписом шею, плечи и грудь. Фалангит, чтобы хотя бы защититься, должен был бросать сариссу и браться за меч, которым нужно было тянуться через огромный щит-гоплон и пытаться найти слабое место в панцире — льняном котфибе или бронзовом тораксе. А греческие гоплиты привыкли давить на вражеский строй, пока морально сломленный противник не обращался в бегство, бросая щиты и копья.

Эта тактика нередко приносила успех: в сражении при Херонее в 338 г. до Р.Х. афинская фаланга успешно противостояла «пешим гетайрам» и обратилась в бегство лишь после того, как ей во фланг вышли разгромившие фиванцев гетайры под командованием Александра.


Кардаки


Дороговизна греческих наемников навела персов на идею создать собственных гоплитов. Для этого часть наемной пехоты была перевооружена по греческому образцу и получила наименование кардаков. Они надели льняные панцири-котфибы, получили греческие щиты и копья. Кардаки были посажены на землю, а в поле во главе их встали греческие стратеги. Эта реорганизация в социальном отношении уравняла безродных наемников с этническими персами, а Царь Царей получил наконец собственную ударную пехоту, сравнимую по боевым качествам с греческой.


Флот


К вооруженным силам Персидской державы необходимо добавить господствующий в Эгеиде греко-финикийский флот, опирающийся на гавани Милета, Галикарнаса, Кипра, Сидона и Тира. Это — до 400 военных кораблей с квалифицированными командирами и хорошо оплаченными экипажами под командованием опытных греческих и финикийских моряков и персидских начальников. Персидский флот всегда мог доставить десант в Балканскую Грецию, но самое главное — он был для антимакедонских сил олицетворением устойчивости Персидской державы и мощи Великого Царя.


План войны


К началу войны на персидской службе оказалась очередная группа эмигрантов — военачальники и политики, изгнанные из греческих городов по требованию царя Македонии Филиппа II после разгрома эллинов при Херонее. Они пришли на службу к персидскому царю с ненавистью к Македонии, знанием военно-политической обстановки на Балканах и новейшим военным опытом. Приехали фиванцы, уцелевшие после того, как их город был превращен в груду развалин, а население продано в рабство жаждущим славы Ахилла 21-летним македонским царем. А после кровавой расправы Александра III над всеми реальными и потенциальными претендентами на власть в Македонии (только в первые дни было убито 7 македонских аристократов) к персам бежали и многие знатные македонцы.

Все они знали самое главное: Александр вторгался в Персию с пустой казной. Филипп II рассчитывал на победу и наделал долгов в 800 талантов. В казне осталось 70 талантов. Царь перед переправой раздал друзьям имущество и оставил себе «только надежду» — он надеялся достигнуть большей славы, чем отец.

Александр III должен был выполнить триединую задачу: удержать господство над Балканской Грецией, завоевать греческие города Малой Азии и ликвидировать персидский флот. Провал в выполнении любой из этих задач означал затягивание войны и развал непрочной коалиции.

Официальной целью похода было объявлено «освобождение» греческих городов Малой Азии. Однако в самих городах не было единства, и господствующий в Эгейском и Критском морях персидский флот был серьезным аргументом в пользу сохранения верности Царю Царей. Кроме того, опираясь на флот, персы могли мобилизовать своих союзников на Балканах и угрожать собственно Македонии, Однако на морс решить [6] проблему было невозможно, так как кадры персидского флота составляли моряки из городов Финикии и греческих городов Малой Азии. Лучшие моряки Балканской Греции, афиняне, были в лучшем случае неблагонадежны, а в худшем готовы перейти па сторону персов. Поэтому Александр предпочел действовать па суше, где македонская армия была сильна, а персы давно не воевали всерьез. Здесь он мог рассчитывать на захват побережья Малой Азии и мирные переговоры.

В сложившейся ситуации Александр сделал ставку на последовательное завоевание Малой Азии и уничтожение береговых баз персидского флота.

У военных советников Царя Царей родосца Мемнона и афинянина Харидема были все основания считать, что армия Александра не является непобедимой, и при грамотном использовании даже не полностью собранной, а только наличной, армии можно разгромить завоевателя и уничтожить его войско. Разница заключалась только в общем подходе к делу. Мемнон полагался на традиционную персидскую стратегию: действиями флота и щедрым финансированием антимакедонских сил подорвать тыл Александра, лишить его подкреплений и в наилучшем случае отнять у македонского царя Македонию, пока он будет завоевывать Малую Азию. Харидем полагал, что сухопутную армию Александра III можно и нужно разгромить в открытом полевом сражении, используя общее численное и качественное превосходство персидской армии во всех родах войск.

Собственно, Царь Царей имел все основания рассчитывать, что вторжение «яванов широкошляпных» удастся остановить так же, как удавалось остановить все греческие вторжения последние 150 лет.


Ход войны


В 334 г. до Р.Х. царь Александр высадился во Фригии Геллеспонтской и соединился с армией Пармениона. Македонцы начали воину победой над войсками сатрапов в конном бою на реке Граник. Здесь сразу выявились сильные и слабые стороны сухопутных армий. Александр действовал решительно, совершенно по-варварски лично возглавив удар по центру вражеского построения. Бой конницы закончился для македонцев удачно, и персы ушли, бросив на поле боя наемную греческую пехоту.

Пленных греческих наемников Александр III рассматривал как предателей, заковывал в кандалы и отправлял на тяжелые работы, однако в городах поддерживал группировки, враждебные настроенным в пользу персов олигархам. Македонцы свергали олигархические правительства, восстанавливали в городах демократию, и греческое население переходило на сторону победителя. Без боя сдался Эфес, а города Карии прислали посольства с просьбой выслать к ним войска.


Александр и битве при Иссе

Фрагмент мозаики из Помпей. Италия


Свобода и автономия («самозаконие») малоазийских городов были достаточно условными. Они не вступали в Союз Всех Эллинов, а переходили под покровительство македонского царя, который утверждал их государственное устройство и законы, возвращал изгнанников и облагал податью. Так у Александра появилась собственная база за пределами Македонии, и война стала кормить войну.

Мемнон отступил с войсками в Милет — главную базу персидского флота, и стал готовить оборону. Однако персидский флот пришел на 3 дня позже вдвое слабейшего македонского, и Милет был изолирован от моря. Александр отказался от предложения Пармениона дать морское сражение, организовал штурм с применением осадных машин и занял Милет. После этого Александр распустил свой флот.

Мемнон отступив в Галикарнас, получил деньги на ведение войны и начал успешное наступление на островах Эгейского моря, но Александр осадил и взял Галикарнас штурмом. Отсутствие у персов полевой армии позволяло македонцам расширять свои владения в Малой Азии и уничтожать базы персидского флота.

Персы смотрели на ситуацию иначе. Пока Александр тратил время и силы на весьма условное покорение уже 200 лет находившихся под властью Ахеменидов территорий, в его тылу зрел взрыв. Мемнон и знатные персидские военачальники Автофрадат и Фарнабаз заняли Лесбос и осадили Митилену. После ее взятия персы могли держать в руках всю Эгеиду и рассчитывать на помощь союзников на Балканах. После этого можно было вторгаться в Македонию.

Однако в мае 333 г. до Р.Х. Мемнон внезапно умер при осаде Митилены, а вскоре наместник Македонии Антипатр, исправляя ошибку Александра, организовал собственный флот и оборону.

Царь Царей, обеспокоенный развалом своего политического господства в Малой Азии, решил остановить продвижение Александра на суше и отозвал войска и флот в Финикию.

Ситуация благоприятствовала персам. Александр, тяжело раненный при штурме Галикарнаса, вдобавок простудился и тяжело заболел после купания в горной речке. Однако персидская армия была еще не готова к выступлению, а в окружении Дария III шла борьба за влияние. В припадке ярости царь приказал казнить невоздержанного на язык Харидема, лишившись за один год второго видного полководца. После этого армия выступила в поход: Царь Царей спешил занять Киликию, из которой Александр мог войти в Сирию и разграбить житницу державы Ахеменидов.

Однако выздоровевший Александр в ноябре 333 г. до Р.Х. захватил Аманские Ворота — проход из горной Киликии в Сирию. Александр мог остаться в Сирии и грабить ее, а мог пойти на юг — в Финикию, уничтожая базы флота, или на восток — в Месопотамию, угрожая Вавилону.

Дарий с армией был уже на подходе, и встал лагерем на равнине возле селения Сохи в 2 переходах от Аманского прохода. Македонский аристократ Аминта, сын Антиоха, кровный враг Александра III, советовал Царю Царей оставаться на равнине: было ясно, что Александр сам будет искать боя, так пусть же бой произойдет на открытом месте, выгодном для персидской поместной конницы, а не в удобной для фаланги теснине.

Но Дарий под влиянием придворных льстецов двинулся на север через восточные перевалы Аманских гор и вышел к городу Исс, зайдя в тыл Александру, который прошел на юг через южные проходы. Узнав об этом, Александр немедленно повернул обратно и после короткого привала ночью перешел через перевал, спустившись в долину реки Пинар. Дальше македонская армия двигалась в предбоевом порядке.

На северном берегу Пинара уже стояла армия Дария. Общая численность ее неизвестна, однако в ней было не менее 10 тыс. всадников.

Правый фланг возглавлял хазарапатиша Набарзан с тяжеловооруженной поместной [7] конницей, а слева к нему примыкал грек Тимол с присланными Фарнабазом греческими наемниками. Этот отряд считался по силе равным фаланге «пеших гетайров». Левее встали кардаки под командованием фессалийца Аристомеда. Это был центр войска. По обычаю в центре накопился и Дарий под охраной 3000 конных арштибара, за ними выстроилась гирканская и мидийская конница. Перед строем были развернуты 6 тыс. пращников и копейщиков. Левый фланг не помещался на поле между горами и морем, и стрелковая пехота была отведена на горные склоны.


Дарий III

Фрагмент мозаики из Помпей. Италия


Таким образом македонская армия при наступлении попадала в мешок: ее центр сдерживали за рекой греческие гоплиты и персидские кардаки, левый фланг оказывался под ударом иранской конницы, а правый охватывался спускавшейся с гор пехотой.


Завязка боя


Александр спускался с перевала, постепенно, по мере выхода из ущелья, разворачивая строй. Правый фланг царь возглавил лично. Конница под формальным командованием Филоты включала агему царя (ее вел лично Александр), 8 ил гетайров, продромов и балканских всадников — агриан (около 500 чел.) и пеонов Гегелоха.

Слева к ним примыкали гипасписты под командованием Никанора, сына Пармениона, еще левее занимали место таксисы фаланги: Койн с царскими земляками и Пердикка; впереди строя — стрелки Антиоха.

Пехоту левого фланга вел Кратер, под его командованием были таксисы Аминты, Птолемея (сына Селевка) и Мелеагра; впереди строя — критские стрелки и фракийцы Ситалка.

Слева к нему пристроился возглавлявший все левое крыло войска Парменион с пелопоннесской и фессалийской конницей.

Македонская армия выдвигалась медленно, не встречая противодействия: Дарий предпочел уйти в глухую оборону и перекрыл частоколами броды через Пинар, самому себе закрыв возможности для атаки.

Александр выдвинул против занимающей склон горы персидской стрелковой пехоты агриан и 2 конные илы: из Анфемусы и Белоземельную илу Пантордана. Персидские пехотинцы беспорядочно отступили на гребень горы.

Когда до персов оставалось около 250-300 м (дистанция полета стрелы), македонцы бросились в атаку. Битва сразу разделилась на несколько отдельных схваток.


Бой царской свиты


Царь лично повел агему, гетайров и продромов на свиту Царя Царей — конных арштибара. Численное соотношение элитных контингентов конницы македонцев и персов было примерно равным, но Дарий не встретил македонцев встречной атакой, а остался на месте. Брат царя Оксатр с частью арштибара бросился навстречу македонцам, прикрывая царскую колесницу. В рукопашной схватке Александр получил ранение кинжалом в бедро, многие гетайры погибли.

На глазах Царя Царей погибли его брат Оксатр, сатрап Египта Сабак, знатные персы Атисий и Реомитр. У Дария не выдержали нервы, он бросил застрявшую колесницу и, пересев на другую, повернул назад, спасаясь от врага и увлекая за собой гирканскую и мидийскую конницу. Это немедленно повлияло на ход боя в центре и на флангах македонцев,


Бой пехоты


Македонская пехота переходила Пинар в обход прегражденных бродов, а на обрывистом правом берегу их ждали равные по численности силы.

Примыкавшие флангом к коннице гипасписты Никанора, царский таксис Койна из Элимиотиды и таксис Пердикки схватились с кардаками, а левое крыло фаланги — таксисы Аминты, Птолемея (сына Селевка) и Мелеагра вели тяжелый бой с греческими наемниками.

Аристомед и Тимод не стали дожидаться выравнивания «пеших гетайров» и атаковали их в разрывы между таксисами. Одетые в панцири наемники-гоплиты быстро сошлись с фалангитами вплотную и начали избивать незащищенных «пеших гетайров». Здесь погибли таксиарх Птолемей (сын Селевка) и около 120 знатных воинов из первых рядов.


Бой конницы


С началом боя хазарапатиша Набарзан с тяжеловооруженной поместной конницей переправился через Пинар и решительно атаковал фессалийских и пелопоннесских всадников. Парменион с трудом удерживал свой фланг.


Завершение боя


Результат боя оставался неясным. Александр III опрокинул свиту Дария и обратил в бегство центр персидской армии. Однако правый фланг персов успешно охватывал расстроенную и потесненную македонскую пехоту, а над тылом армии нависал левый фланг персов — оттесненные в начале боя спарабара и такабара.

В этой ситуации Александр не стал преследовать Дария, а атаковал кардаков во фланг и греческих наемников в тыл. Управление персидской армией рухнуло окончательно, и Назарбан стал выводить поместную конницу из боя. Вместе с ними отступали кардаки и греческие наемники-гоплиты. Конница Александра немедленно бросилась в погоню, избивая бегущих пехотинцев и наседая на тяжеловесных персидских всадников. Во время отступления, быстро перешедшего в бегство, персы понесли основные потери, оценить которые нет никакой возможности.

Александр гнался за Дарием до наступления темноты, но поймать Царя Царей ему не удалось. Вместо этого он вернулся к войскам и застал грабеж персидского лагеря. Всего Александр потерял в сражении 150 всадников и 300 пехотинцев.


Результаты


Дарий после сражения собрал 4 тыс. персов и наемников и с ними отошел в Фапсак на Евфрате. Армии у него уже не было. Около 8 тыс. греческих наемников, которые почти не понесли потерь, под командованием избранных стратегов дошли до Триполиса в Финикии и переправились на Кипр, а оттуда — в Египет. Сатрап Фарнабаз, который еще накануне битвы вел успешные военные и политические операции против македонского флота, был захвачен на Хиосе. В руки Александра попала семья Дария и 3 тыс. талантов. В Дамаске была захвачена походная казна персов. Финансовые вопросы были решены навсегда. Теперь у царя был выбор: вести переговоры о мире, закреплять господство в Малой Азии, начинать завоевание Вавилонии или овладевать Финикией. Александр выбрал последнее. [8]

Публикация:
Воин №14, 2003, стр. 2-8